Ловозерье 2011Часть 1.
Я закрыл глаза, подождал пару секунд и открыл снова… Закрыл, тряхнул головой, открыл – видение не исчезло. Передо мной – Карнасурта, предо мной Ловозеры. На небе - ни облачка, тепло, комаров нет, рюкзак, хоть и загружен под завязку, плеч не тянет. Не верится, что это не сон.
Вот я и в Ловозерье! С каждым глотком горного воздуха кровь быстрей бежит по жилам, необъяснимый прилив сил и адреналина.
Забрался чуть повыше, присел на камешек возле рюкзачка, закурил. Есть дорога, погода – лучше не придумаешь, все что нужно в этой нехитрой жизни – с собой в рюкзаке… Чего еще надо бродяге?
Первый свой лагерь я решил поставить во 2-м Восточном ручье, рядом с 60-м пегматитом. Спокойно, без беготни, поковыряться в пегматитах на Карнасурте, а после уж идти на Флору махать кувалдой.
По пути к ручью так увлекся «геологической съемкой», что вместо двух часов шел семь, вместо пяти км намотал 20-ть с хвостиком. Поначалу снимал рюкзак через 200-300 метров, чтоб отбить кусок породы или посмотреть выход коренника. Мозг жаждал любой информации о геологии планеты Земля в этом, полюбившемся мне, месте. Ногам не хватало пройденных километров и усталости. Оставив мешавший рюкзак у старой вездеходной дороги и переложив часть груза в небольшой маршрутный, побежал лазать по склонам. Осмотрел коренник в верховьях 1-го Восточного ручья, старые разведочные канавы, да и просто прошелся по беломшаннику, да попрыгал по курумнику.
Вот 2-й Восточный ручей и моя стоянка 2009-го года. Чем-то приглянулся мне этот ручей – уютно в его долине. Здесь все, как я оставил два года назад. Даже дрова, спрятанные от непогоды в фанерной трубе, так и лежат нетронутыми.
Сбегал за оставленным рюкзаком и уже перед закатом поставил палатку на прежнем месте. Горсть сухих веток можжевельника и карликовой березы (больше тут-то и не собрать) и на костерке закипает чиф-бачёк. Пока заваривался чай, обустроил свой лагерь. Хорошей погоде тут я не верю, а по сему - и каменная стенка у палатки, и палаточные растяжки, заваленные камнями.
Трубка, крепкий чай с дымком из воды со снежника и привкусом жести чиф-бачка, в ногах небольшая усталость пройденных километров, а рюкзак больше не тянет плечи. У меня снова есть свой дом и очаг. Что еще надо бродяге?
Следующие два дня, посвященные 62-му пегматиту, снова радовали солнечной погодой, легким ветерком и полным (!) отсутствием комаров. Я уже начинал сомневаться, а туда ли я попал? Впервые я зашел в Ловозеры сухим, и, забегая вперед скажу, что за две с половиной недели НИ РАЗУ(!) не промок. Дожди и ненастье случались, конечно, но ненадолго и получалось так, что дождь начинался, когда я уже был в палатке. Как будто кто-то управлял небесной канцелярией в мою пользу…
Вот и 62-ой! Гакманит-натролитовый шток - один из наиболее изученных пегматитов Ловозёр. После войны стране нужен был бериллий, делалась «ядреная» бомба и много труда было положено здесь, чтоб понять, что это всего лишь незначительные концентрации «полезных» минералов. Но пегматит дал геологам много полезной информации по геологии и минералогии Ловозерского щелочного массива. Здесь был открыт новый минерал карнасуртит-(Се). Но это уже история…
Те же старые заплывшие канавы с белым, слепящим глаза на солнце, блочным натролитом. Некоторые камни уже и узнаются « в лицо» - как-никак, а я уже третий раз тут. Обойдя канавы, присел покурить-подумать, протянул руку и … Куйва всунул в нее образец с карнасуртитом! Да и неплохой, я скажу, образцец! Мысли начали путаться: «если Куйва подарил мне погоду, то на хороший камень можно не рассчитывать – в природе все уравновешено. А тут сплошные подарки прут. Позже что-то придется отдавать взамен…». Так и назвал я этот образец: «Подарок Куйвы».
Решил не мудрить, а продолжить разбирать мою прежнюю закопушку. Правда, в прошлый раз в неё скатился «небольшой камушек» размером так где-то полтора на метр. Но с видимыми трещинами и за час-полтора, с помощью зубила, двухкилограммовой кувалдочки и какой-то матери я его подразобрал и по частям откатил в сторону. Здесь ни чего существенного не встретилось – лишь несколько небольших корочек карнасуртита, да включения игольчатого натролита и гакманита в блочном натролите (Паша (MeedWar), зная твое неравнодушие к «инклюзам» парочку образцов прихватил и для тебя).
На следующий день передвинул свои поиски западней. Но ни чего сногсшибательного: корочки карнасуртита, мелкие щеточки шабазита. Нашел 0,5-3 миллиметровые кристаллики «не знаю чего» в натролите. Возможно, это псевдоморфозы эпидидимита по кристаллам чкаловита.
К вечеру в воздухе что-то начало меняться. Появились области серой дымки, ветер взял чуток южнее и еще что-то, чего отметило подсознание, но не я, по уши увлеченный лазанием по пегматиту. Но, почувствовав неясное беспокойство, я поднял взгляд на окружающий мир и поозиравшись вокруг, побежал в лагерь. Добро, что до него меньше километра.
И тут из-за Карнасурты, под свист штормового ветра, на полном скаку вынырнула свинчовая туча. Но я успел, вот и лагерь. Шторм трепал палатку, но камни на растяжках оказались ему не под силу. Первые капли дождя застучали по палатке, где я уже грел на газовой горелке ужин и разбирал принесенные образцы. Это уже по – нашему, узнаю Ловозеры, а то попал на какой-то курорт. Гроза бушевала недолго, но после ветер сменился на Nord-West и резко похолодало.
Мой комуникатор показывал +5С в палатке, а там, на ветерке это все 2-3, а то и около 0. Появилась смутная тревога – как бы не выпал снег.
На следующий день тучи плотно сели на вершины окрестных гор, изредка поливая мой лагерь мелким дождем. Холодно, греюсь чаем и лопатой. Одежда и спальник не помогают. На 60-м пегматите, что рядом с палаткой, удлинил и расчистил свою прежнюю канаву до коренника. Насобирал из нее пару-тройку ведер более-менее стоящих кусков уссингита. Скатил в канаву 4 мешавших мне валуна. Мало того, что весь уссингит на пегматите переколочен до размера спичечного коробка, он еще и завален оползнем.
Следующие два дня я монотонно колотил добытый уссингит, выискивая в них редкости. Сразу же при раскопе попались несколько образцов с 1-1,5 сантиметровыми кристаллами стенструпина. Вероятней всего, из какой-то полости в уссингите, бо некоторые кристаллы «обсосаны», а уссингит с поверхности немного изменен (похож на «сахаровидный» альбит). Попались несколько пластинок герасимовскита, умбозерит, манганонордит (к слову, он впервые описан на этом пегматите и надеюсь, что это именно он, а другие нордиты тут не живут), небольшие пустотки с мелкими кристалликами уссингита и гмелинита, миллиметровые кристаллики чкаловита в уссингите.
Удар!... И я прыгаю-танцую по пегматиту. Не знаю от чего от радости или холода. Но на сей раз у меня в руках кусочек розового уссингита, а в нем…. В нем сидят рядышком два (!) сантиметровых кристаллика чкаловита! Наверное, я все ж прыгаю от радости…
60-й пегматит известен своими хорошо ограненными кристаллами чкаловита и стенструпина, но объем уссингитового ядра оказался небольшим (около 0,5х2 м) и материал быстро закончился. Получилось, что я на недолго переместился во времена, «когда бизонов было много».
Чтоб иметь в своей коллекции полное представление о пегматите взял несколько образчиков с внешней зоны пегматита: элатолитовые пустотки, отставшиеся здесь от виллиомита, образец эвдиалита из оперяющих пегматит эвдиалитовых жилок, псевдоморфозы по эвдиалиту цирфесита и ловозерита. Даже прихватил кусочек фойяита из приконтактовой зоны. В общем, этот «отработанный» пегматит оказался самым щедрым на находки.
Напоследок, поднялся к 61-му. Это натролит-альбитовый гидротермально переработанный пегматит. В прошлом он тоже исследовался основательно, даже был пройден шурф глубиной метров 8 (сейчас он наполовину завален). Как и на 62-м, здесь «запасы» бериллия и р/а минералов оказались незначительными, но хорошо обнаженный и вскрытый канавами и шурфом пегматит дал много академических знаний. И.В. Пеков даже провел минералогическую реконструкцию изменений пегматита и провел аналогию между ним и «Шкатулкой» на Умбе: «… наблюдаемые сегодня минеральные ассоциации пегматита №61 являются продуктами изменения ультращелочного уссингитового парагенезиса на позднепегматитовой и гидротермальной стадиях. Можно уверенно говорить, что первоначально пегматит №61 был очень близок к открытому в 1990 г. на г. Аллуайв пегматитовому телу «Шкатулка» по размерам, типу зональности и минеральному составу» (
И.В. Пеков. Пегматиты Ловозерского щелочного массива).
Кстати, И. Пеков приходил со студентами на пегматиты Карнасурты мы ненадолго встретились в предпоследний день моего стояния в долине 2-го Восточного ручья. Тоже вот Ловозеры заворожили человека своим необычным минералогическим миром.
Но 61-й разочаровал меня окончательно. Весь перемытый, измененный с плотным и пустым альбитом не показал ни чего интересного для меня. Поначалу я очистил и углубил свою прежнюю зачистку на северо-востоке, где выходят границы эгириновой, мелко- крупнозернистой и натролит-альбитовой зон. Появилась мысль, что здесь залегает небольшая отдельная линза пегматита. Лазание по канавам и долбеж метровых вывалов пегматитовых пород тоже ничего интересного не дал. Под занавес, когда уже полуночный закат окрасил округу в неестественный пурпурный цвет, на западной канаве попался мне камешек натролита с гакманитом кг на 20. В натролите сидели пара черных досковидных кристалла 2х1 см. Пришлось камушек прихватить с собой в лагерь и там уж при свете следующего дня расколоть его поаккуратней. Что это за зверь мне попался я не понял до сих пор.
Собрав найденные образцы в рюкзак, сбегал в Ревду, где прикупил немного продуктов, да газ для горелки. Посидели за бинокуляром с Григоричем (Viktor на нашем форуме), поопределяли кой-чего из мной принесенного (кое-что пришлось и просто выбросить). Попив чай с гостеприимным хозяином, поспешил, пока погода, обратно.
Вершины гор весь день в низких тучах и тащить влажный жребий не хочется, а ветер дует и не слабо от туда, иногда принося брызги в километре идущего дождя. Но в 1-м Восточном не удержался и на часик задержался у лампрофиллит-гакманитового пегматита, осмотрев его более подробно.
В лагерь приперся уже за полночь, благо ночи еще светлые. Пока заваривал чай тучи окутали палатку и из них посыпал мелкий дождь.
«Отосплюсь я сегодня по-полной, а завтра - на Флору. Была б погода. А впрочем, и не будет - все равно попрусь…» - и сон прервал мои мысли. За тоненькой стенкой палатки всю ночь бесилась непогода, но у меня есть свой дом. В нем сухо и тепло. Чего еще надо бродяге?
Продолжение следует.
Экспедиционные фотографии выложил здесь:
http://www.photoshare.ru/album288641.htmlПривезенные образцы отсниму попозже (уж после сентябрьской Геммы) и тоже покажу.
Автор
Тема: Ловозёрские тундры (Прочитано 13686 раз)